ОГРОМНОЕ НЕБО одно на двоих

 ОГРОМНОЕ  НЕБО одно на двоих
  В сентябре 1969 года на открытии международного молодежного фестиваля песни в Сочи знаменитая певица Эдита Пьеха исполнила песню Оскара Фельцмана на стихи Роберта Рождественского «Огромное небо».

Об этом, товарищ,
Не вспомнить нельзя,
В одной эскадрилье
Служили друзья,
И было на службе
И в сердце у них
Огромное небо – одно на двоих…
 
 Весь зал Зимнего театра буквально взорвался аплодисментами. Эта песня тогда была очень популярна, а кроме того, на этот раз Эдита Пьеха исполняла ее с каким-то особым, возвышенным чувством. Поклонники с букетами ярких осенних цветов бросились к сцене, однако Эдита Пьеха остановила всех предупредительным жестом.

   - Давайте подарим эти цветы жене главного героя песни, капитана Советской Армии Бориса Капустина. Вот она, во втором ряду. Ее зовут Галина Капустина, она по моему приглашению приехала в Сочи из Ростова-на-Дону. Это ее муж вместе со штурманом Юрием Яновым в апреле 1966 года спасли от смерти несколько сотен жителей Берлина, отвернув падающий боевой самолет подальше от городских кварталов…

   Во втором ряду поднялась с кресла скромная женщина в бордовом платье. Зал Зимнего театра взорвался аплодисментами еще раз, овации длились очень долго. Сразу же Галину Капустину окружили фотографы и репортеры, она всплеснула руками, непривычная к такому повышенному вниманию. Поскольку телевидение показывало церемонию открытия международного молодежного фестиваля песни в Сочи в прямом эфире, впервые на всю страну громко и отчетливо прозвучали имена героев, отважных советских летчиков, капитана Бориса Капустина и старшего лейтенанта Юрия Янова. До этого момента многие думали, что в песне «Огромное небо» речь шла не о конкретных людях, что это был собирательный образ пилотов, не покидавших терпящих бедствие самолетов и отводивших их в сторону от мирных городов. Оказалось, что у героев есть подлинные имена и фамилии…

  ПОДВИГ В НЕБЕ БЕРЛИНА

Все происходило в Германии, где в ту пору располагалось несколько боевых частей Советской Армии. В пасмурный день шестого апреля 1966 года экипаж новейшего советского истребителя-перехватчика Як-28 в составе командира Бориса Капустина и штурмана Юрия Янова получил новое задание. Предстояло перегнать самолет с военного аэродрома города Эберсвальде на аэродром постоянного базирования истребительной части в городе Цербст. Для опытных летчиков задание было не очень сложным, а летчики были людьми опытными.

   Капитан Борис Капустин родился в 1931 году в поселке Урупском Отрадненского района Краснодарского края. Его отец Владислав Капустин был ученым-аграрником, вскоре его перевели на работу в Ростовский институт сельхозмашиностроения. Биография сына оказалась типичной для того времени. Окончил 51-ю семилетнюю школу на улице Чехова в Ростове-на-Дону, поступил в Ростовский индустриальный техникум. В 1951 году был призван в ряды Вооруженных сил Советского Союза. Секретарь призывной комиссии, отметив про себя, что у парня имеется среднее техническое образование, предложил ему поступить в военное авиационное училище в Кировабаде. После училища Борис Капустин служил вначале на Крайнем Севере, а затем был переведен в Группу советских войск в Германии (ГСВГ).

Его ровесник, старший лейтенант Юрий Янов вырос в семье железнодорожника в городе Вязьма Смоленской области. После школы – вначале Рязанское автомобильное училище, потом – Челябинское военное училище штурманов.В 1954 году был направлен служить в Группу советских войск в Германии (ГСВГ), где вскоре познакомился со своим командиром. Служили вместе более десятка лет, были большими друзьями, все выходные дни проводили вместе, семьями, с женами и детьми. В 1964 году пилоты побывали в длительной командировке, на Новосибирском авиационном заводе детально изучили устройство новейшего истребителя-перехватчика Як-28. Это был серебристый красавец со стремительными формами, которые быстро стали символом эпохи преодоления скорости звука, освоения стратосферы и первых космических полетов. Летать на таком истребителе-перехватчике было интересно, машина была оснащена первоклассными приборами.      

Полет шестого апреля 1966 года был рассчитан на 40 минут. Однако уже через 20 минут полета над густыми облаками двигатели машины неожиданно отказали, вначале один, затем – другой. Позже технические комиссии установят причину аварии. Из-за конструктивно-производственных дефектов - нарушение газодинамической устойчивости моторов, сопровождающееся микровзрывами и резким падением тяги. В это время самолет находился на высоте шесть тысяч метров и начал быстро терять высоту. Стремясь спасти машину, Борис Капустин и Юрий Янов попытались включить двигатели с помощью автономного запуска и дополнительной кислородной подпитки двигателей. Но все было тщетно.

   - Юра, прыгай! — скомандовал Борис Капустин штурману.

Тот не колебался ни одного мгновения.

   - Командир! Прыгнем только вместе!

   Ответил так не случайно, на самолете был общий «фонарь». В случае срабатывания катапульты штурмана, этот фонарь бы сорвало, тогда у командира вообще не оставалось бы никаких шансов спасти машину и остаться в живых. На высоте трех тысяч метров самолет провалился сквозь нижнюю кромку облаков, и все переговоры членов экипажа вообще оказались бесполезными. Под крыльями, насколько хватало глаз, расстилались жилые кварталы огромного города. Отклонившись из-за аварийной ситуации и сильного ветра на несколько километров от курса, сверхзвуковой истребитель-перехватчик оказался над западной частью Берлина. Мчавшаяся вниз 16-тонная машина с полными баками авиационного топлива могла стать для берлинцев настоящей бомбой с напалмом. Если катапультироваться, неуправляемый истребитель-перехватчик разнесет целый квартал. О спасении самолета больше не могло быть и речи, нужно было хотя бы отвести его от оживленных улиц. Но куда? Впереди мелькнул какой-то зеленый массив. Борис Капустин направил падающую машину туда, но сразу же обнаружил, что это старинное кладбище, где в канун Пасхи на аллеях было полно народу.

   В этот миг за кладбищем спасительно блеснула водная гладь озера Штёссензее. Может попытаться сесть на воду? Лётчик с неимоверным трудом рванул штурвал на себя, заставил самолёт сделать «горку» и направил его к озеру. Но на последних метрах путь как назло преградила высокая дамба, по ней мчались машины. Командир сделал еще одну «горку», и «Як-28» промчался буквально в нескольких метрах от крыш проезжавших автобусов. Выровнять самолёт, чтобы совершить посадку на воду, у Бориса Капустина уже не было ни времени, ни высоты. Самолёт взрезал гладкую поверхность озера и ушел под воду. От сильного удара пилоты мгновенно погибли, а машина скрылась в глубине. 

МОЛЧАНИЕ СОВСЕМ НЕ ЗОЛОТО!

  Катастрофа произошла в течение нескольких секунд на глазах изумленных людей. Всем сразу было ясно, что своими грамотными действиями и ценой собственной жизни летчики сумели спасти сотни людей. Однако военных начальников, находящихся по разным берегам озера Штёссензее, озаботили в этот момент совсем иные проблемы.

После окончания Великой Отечественной войны Берлин, как столица фашистского рейха, был разделен на несколько зон оккупации. Отдельные его части контролировались комендатурами СССР, США, Великобритании и Франции. Советский самолет упал на территории Западного Берлина, который контролировали англичане и американцы – офицеры НАТО. Они очень быстро оцепили место падения боевой машины и установили вокруг глухие щиты. Еще бы, появился шанс неплохо поживиться за счет героически погибших советских летчиков. 

   Для наших противников по продолжавшейся в 60-х годах ХХ века «холодной войне» падение «Як-28» стало настоящим подарком. На борту самолёта находились новейшие сверхсекретные приборы. Особенно всех специалистов НАТО интересовали новейшая радиолокационная станция «Орёл-Д», прибор наведения самолетов на цель, ряд узлов скоростных моторов и система автоматического распознавания в воздухе «Свой — чужой». На штатных самолётах на случай катастрофы все эти приборы были снабжены пиропатронами, которые взрывами уничтожали секретное оборудование. Но на новеньком «Як-28»пиропатронов ещё не было. Кто-то в штабе об этом забыл позаботиться. Ну а англичане и американцы сразу заспешили. Глава английской военной миссии в Западной части Берлина, кадровый разведчик, бригадный генерал Дэвид Вильсон прибыл к месту падения советского самолета уже через четверть часа. Сразу начал действовать, направляя под воду команды военных водолазов.

Сразу же было дано указание и «свободной» прессе – никаких фотографий, никаких сообщений в газетах, по радио и телевидению. Под предлогом поисковой операции, якобы ищем тела пилотов, офицеры НАТО стали поднимать со дна озера детали самолета. Искали секретную аппаратуру, сразу снимая с обломков корпуса все интересующие блоки и отправляли их на английскую военную базу «Фарнборо». Уникальные приборы, которых в мире ещё ни у кого не было, были просто украдены. Никакие протесты наших дипломатов в расчет не принимались, такой жирный куш попал в руки.

   Наше военное начальство попало еще в более неприятную ситуацию. Какой такой героизм летчиков, спасших сотни людей как в Западной, так и в Восточной частях Берлина? В руки противника попали секретные приборы - вот что является серьезнейшей проблемой. По всем этажам тоже полетела команда - никаких публикаций в прессе, никаких комментариев, никаких оценок, вообще ничего! Лишь спустя месяц в военной газете «Красная звезда» будет опубликовано коротенькое сообщение о героической гибели капитана Бориса Капустина и старшего лейтенанта Юрия Янова, об их награждении орденами Красного Знамени (посмертно). Без каких-либо траурных церемоний Бориса Капустина похоронили в Ростове-на-Дону, а Юрия Янова – в Вязьме. Узнав о гибели сына, в тот же день умер отец командира экипажа Владислав Капустин. На Братском кладбище Ростова-на-Дону появился еще один могильный холмик.

Тела летчиков и обломки самолета советской стороне передали только через три дня после катастрофы. При передаче было сказано, что некоторых приборов, как раз самых важных, найти на дне озера Штёссензее не удалось. О героизме советских летчиков при передаче тел представители НАТО вообще не сказали ни одного доброго слова. Не хотелось им подчеркивать, что эти «советские зомбированные роботы» показали себя людьми высочайшей нравственности и порядочности, не пожалев своих жизней ради спокойствия мирных жителей Берлина.

Зато мирные горожане, как в Восточной, так и в Западной части Берлина повели себя в высшей степени благородно. В день катастрофы к зданиям различных гражданских и военных ведомств СССР в Германии стали приходить люди с цветами и словами благодарности. Многие приносили конверты с деньгами, для поддержки семей погибших летчиков.На церемонию прощания с героями в немецкую столицу приехали делегации из многих германских городов.

  - Мы потрясены мужеством советских пилотов! В решающие минуты аварии летчики сознавали опасность падения в густонаселенные районы Берлина и потому повернули самолет в сторону озера Штёссензее. Для них это был полный отказ от мыслей о собственном спасении. Предотвратили страшную катастрофу. Отдали за это свои жизни, - сказал на переполненной народом площади бургомистр Западной части Берлина Вилли Брандт.

На озере Штёссензее вскоре появился обелиск в память о героях. Еще один памятник был установлен на мемориале Воинской славы в городе Эберсвальде, откуда пилоты отправились в свой последний полет. Делая надпись на памятной табличке, авторы монумента подчеркнули, что советским героям было всего по 34 года. Жить бы еще да жить…

ПЕСНЯ СТАНОВИТСЯ РЕКВИЕМОМ

   Поэт Роберт Рождественский был ровесником летчикам Борису Капустину и Юрию Янову. Он вырос в воинской семье, отец был офицером, мать – военным врачом. За время учебы сменил несколько школ в различных гарнизонах. Затем окончил Литературный институт и начал публиковать свои первые стихи. После серии идеологических столкновений с секретарем ЦК КПСС по идеологии Иваном Капитоновым, был вынужден уехать из Москвы, где его просто нигде не печатали. Работал в далекой Киргизии, переводил стихи местных поэтов на русский язык.

Часто бывая в компаниях молодых офицеров Советской Армии Роберт Рождественский не раз слушал историю о погибших летчиках, которую из уст в уста передавали друг-другу служивые люди. Все возмущались, что из-за истории с секретными приборами, к чему пилоты вообще были непричастны, подвиг не был оценен по достоинству.

   - Судя по всему, ребятам за их отвагу должны были дать Золотые Звезды Героев. Но кто-то в высоких штабах свои грехи прикрывает, поскольку не обеспечил ни надежности техники, ни гарантии ее сохранения. Подвига, вроде, не замалчивают, но и не афишируют. Надеются, что все забудется постепенно, - таким был общий вердикт офицерских собраний.

   И тогда Роберт Рождественский написал балладу «Огромное небо». Имен героев в ней не указывалось, но это все понимали и без подсказки.

Вскоре, оказавшись проездом в Москве, поэт разыскал прекрасного композитора-песенника Оскара Фельцмана, рассказал ему обо всем. Музыка была написана буквально за один вечер, мелодия получилась очень трогательной. Песню «Огромное небо» взяли в свой репертуар Марк Бернес, Юрий Гуляев и Муслим Магомаев. Однако самым проникновенным исполнением «Огромного неба» прославилась в городе на Неве солистка ансамбля «Дружба», молодая певица Эдита Пьеха. В 1968 году она исполнила «Огромное небо» на Всемирном фестивале молодежи и студентов в Софии, где сразу завоевала золотую медаль за исполнение. Получили «золото» и стихи Роберта Рождественского. 

   Песня «Огромное небо» полетела по стране. Ее начали исполнять повсюду, на профессиональных сценах, и на концертах художественной самодеятельности. В школах, на заводах, в армейских частях. Во всех городах страны. И вскоре не осталось в Советском Союзе ни одного школьника, который, услышав с замиранием сердца «Огромное небо», не мечтал в душе о таком же геройском подвиге.  

   Услышав по радио песню «Огромное небо», жена командира экипажа Галина Капустина сразу поняла, о ком идет речь. Написала письмо Эдите Пьехе. Ответ пришел через несколько месяцев, певица сама была потрясена всем происходящим. Сразу же Эдита Пьеха пригласила Галину Капустину в Сочи, на открытие международного молодежного фестиваля песни. Встретила и усадила во втором ряду партера Зимнего театра. Вся героическая история попала в эфир Центрального телевидения СССР.   

Тут словно наземь упало покрывало забвения. О подвиге начали говорить в полный голос. В поселке Урупском Отрадненского района Краснодарского края установили монумент в честь подвига земляка Бориса Капустина. Памятник Юрию Янову появился в Вязьме. Именем Бориса Капустина в Ростове-на-Дону была названа улица в Северном микрорайоне. На фасаде здания 51-й ростовской школы, в которой он учился, появилась мемориальная доска. Наконец, в ноябре 2022 года на улице имени Бориса Капустина в донской столице появился очень красивый памятник, запечатлевший подвиг героев. Изящный сверхзвуковой самолет стремительно мчится к земле, оставляя в стороне мирный город и спасая жизни людей. Будете в Ростове-на-Дону, побывайте возле памятника погибшим летчикам. Возложите цветы, их заслужили отличные парни отличной страны…

 Ирина СИЗОВА,
лауреат конкурса «Золотое перо Кубани».

Роберт РОЖДЕСТВЕНСКИЙ

ОГРОМНОЕ НЕБО

Об этом, товарищ,
Не вспомнить нельзя,
В одной эскадрилье
Служили друзья,
И было на службе
И в сердце у них
Огромное небо, огромное небо,
Огромное небо – одно на двоих.

Дружили, летали
В небесной дали,
Рукою до звёзд
Дотянуться могли,
Беда подступила,
Как слёзы к глазам —
Однажды в полете, однажды в полёте,
Однажды в полете мотор отказал...

И надо бы прыгать —
Не вышел полёт!..
Но рухнет на город
Пустой самолет!
Пройдет, не оставив
Живого следа,
И тысячи жизней, и тысячи жизней,
И тысячи жизней прервутся тогда!

Мелькают кварталы,
И прыгать нельзя...
«Дотянем до леса!»-
Решили друзья.
«Подальше от города
Смерть унесём.
Пускай мы погибнем, пускай мы погибнем,
Пускай мы погибнем, но город спасём!»

Стрела самолёта
Рванулась с небес,
И вздрогнул от взрыва
Берёзовый лес!..
Не скоро поляны
Травой зарастут...
А город подумал, а город подумал,
А город подумал: «Ученья идут!»

В могиле лежат
Посреди тишины
Отличные парни
Отличной страны...
Светло и торжественно
Смотрит на них
Огромное небо, огромное небо,
Огромное небо – одно на двоих!
 

Автор: Ирина СИЗОВА, лауреат конкурса «Золотое перо Кубани». в Сочи на дату 13-11-2025 22:34:20, внесены правки 13-11-2025 22:54:54.